La Aime Douleur
...мир останется лживым, мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным...
Абсолютно все помнить нельзя.
Джули мне об этом напомнила, пытаясь утешить меня после истории про кальян и разговоры до четырех утра, и The Tallest Man on Earth, и музыка, которую я узнала со своего айпода. Как будто меня нужно было утешать.
На самом деле, я все понимаю. И всегда понимала, при прогулках в саду роз, при первом октябрьском закате солнца над медной поверхностью холодного моря Ванкувера. Даже в те вечера, когда я слушала экспериментальный джаз и притворялась, что на самом деле ничегошеньки не знаю.
Примерить безразличие-занятие интересное, и даже веселое местами, но в моем случае всегда заканчивается слезами и каплями дождя, сползающими под печальную музыку в наушниках...и т.д.
...Высокий IQ обратно пропорционален шансам на счастливую жизнь. Я читаю биографии музыкантов, которыми всегда восхищался, пытаясь найди подсказки, советы. Но к концу книги понимаю, что большинству удавалось быть счастливыми только в работе, на все остальное просто не хватало энергии.
-Не зря же Хэмингуэй сказал, что счастье среди умных людей-одно из самых редких явлений на свете.
-Иногда я позволяю себе слабость мечты о том, как бы все сложилось, будь я одним из тех наивно-счастливых людей.
-Мне все-таки кажется, что достаточно умным людям удается найти этот баланс. Поэтому не волнуйся.

Не волнуйся, Чудо. Ты обязательно найдешь все, что пообещаешь себе отыскать, это неизбежно, это в твоем ДНК и в смеющихся твоих глазах за стеклами очков, которые тебе даже не нужны. Да вообще, к чему эти эпитеты, их время давно прошло, они остались в 2005 году, когда твои волосы были длиннее моих, а я верила в невозможное. И все эти хэппи-энды, ну они бывают, но это исключение, не правило.

А по правилам хэппи-эндов
не бывает,
только много лет постоянных продолжений,
и встреч на шестимесячных интервалах,
и то, как весь мир останавливается и трепещет, когда наши параллельные прямые наконец пересекаются.

"Говорят, счастье скучно, думал он, лежа с открытыми глазами, но это потому, что скучные люди нередко бывают очень счастливы, а люди интересные и умные умудряются отравлять существование и себе и всем вокруг. Томасу Хадсону счастье никогда не казалось скучным. Он верил, что счастье — самая замечательная вещь на свете, и для тех, кто умеет быть счастливым, оно может быть таким же глубоким, как печаль. Может быть, это и не так, но он так считал очень долгое время, а этим летом счастье уже длилось целый месяц, и, хотя оно еще не оборвалось, ночью он уже тосковал по нему."

@музыка: Deer Tick-These Old Shoes